Статьи

  • 1
  • 2

 

 

Концепции и подходы к изучению психологии свободы. Одни концепции и подходы ориентированы строго детерминистски, и хотя они существенно различаются в объяснении факторов, определяющих поведение человека, их объединяет то, что все они в принципе исключают саму возможность свободного выбора. Например, в психодинамической теории личности З. Фрейда поведение человека контролируется неосознаваемыми психологическими конфликтами и силами, сути которых человек никогда не сможет полностью узнать. Как известно, Фрейд утверждал, что все проявления человеческой активности (будь то мышление, восприятие, чувства, память или стремления и действия) определяются мощными инстинктивными силами, в особенности сексуальным и агрессивным инстинктами. Люди ведут себя так или иначе потому, что их побуждает к этому бессознательное напряжение, и их действия служат цели уменьшения этого напряжения. Инстинкты как таковые являются “конечной причиной любой активности” [Л.Хьелл, Д.Зиглер]. Ясно, что в столь жестко биологически детерминированном подходе не остается места для таких феноменов как свобода выбора, ответственность, самоопределение. В лучшем случае речь может идти лишь об иллюзии свободы, главенствующей над отдельными людьми или над всем человечеством.

Ф.Скиннер искал детерминанты поведения не внутри человека, а вне его: “Переменные, функцией которых является поведение человека, лежат в окружении” [Там же]. Как радикальный бихевиорист он категорически отвергал идею о внутренних факторах (неосознанных импульсах, архетипах, чертах личности), которые определяют поведение человека. В своей теории оперантного научения Б.Ф. Скиннер утверждал, что поведение детерминировано, предсказуемо и контролируется окружением и наилучшим образом постигается в терминах реакций на окружение. Он полагал, что личность представляет собой не что иное, как определенные формы поведения, приобретенные посредством оперантного научения. Суть такого научения состоит в том, что подкрепленное поведение стремится повториться, а поведение неподкрепленное или наказуемое имеет тенденцию не повторяться или подавляться [Там же]. Таким образом, по Скиннеру, наше поведение есть продукт предшествующих внешних подкреплений, и все люди, послушно и пассивно адаптируясь к тому, что диктует окружающая среда, абсолютно зависимы от их прошлого опыта научения. Так что, получается, никто не имеет свободы выбора собственного поведения.      

По Адлеру, люди обладают творческой силой, которая дает им возможность формировать цели, принимать решения и выстраивать различные жизненные планы, сопоставимые с целями и ценностями [Л.Хьелл, Д.Зиглер]. Эта творческая сила влияет на каждую грань человеческого опыта (восприятие, память, фантазии, сны, мечты) и делает человека свободным (самоопределяющимся) индивидуумом, архитектором своей собственной жизни. Иными словами, в индивидуальной теории личности А.Адлера имеет значение не то, чем человек наделен от рождения (конституция) или с чем он сталкивается в жизни (окружение), а то, как он сам распоряжается тем и другим [Там же]. Идеи А.Адлера оказали влияние на взгляды представителей гуманистической психологии, которые также исходили из того, что люди – разумные и активные творцы своей собственной жизни, сама сущность человека постоянно движет его в направлении личного роста, творчества, самодостаточности, если только чрезвычайно сильные обстоятельства окружения не мешают этому

Наконец, сильная приверженность свободе отличает и наиболее известного представителя феноменологической психологии К. Роджерса. Он также считает, что люди свободны в решении, какой должная быть их жизнь (в контексте врожденных способностей и ограничений), т.е. играют активную роль в формировании своей жизни. Клинический опыт убедил его, что в трудных жизненных ситуациях, люди, в конечном счете, сами принимают решения и сделанный ими выбор определяет направление дальнейшего развития личности даже в большей степени, чем признает экзистенциальная философия [Л.Хьелл, Д.Зиглер]. В теории К. Роджерса свобода рассматривается как составная часть тенденции актуализации.

Источник:http://www.berdof.com/psixologiya-svobody-koncepcii/
Все права защищены © berdof.com

Для начала стоит привести научные точки зрения зарубежных авторов XX века. Так В. Франкл отмечает, что свобода реализуется в созидательной возможности свободного духа [9, с. 394–398]. А. Маслоу указывает на индивидуальный характер свободы. Автор пишет, что свобода выражается в независимости и самостоятельности людей, в их склонности жить в соответствии с ценностями, установленными ими самими, а не обществом [9, с. 394–398]. Р. Мэй связывает явление свободы с возможностью свободного выбора человека и его управления собственным развитием [9, с. 394–398]. Как указывает А. Бандура, в рамках социального научения свобода определяется в терминах количества возможностей выбора, доступных человеку, и правом на их осуществление. То есть, чем больше поведенческих альтернатив и прерогатив люди имеют, тем больше их свобода действий. Автор также отмечает, что легальные санкции, наделенные функцией разумного ограничения личностной свободы, зачастую используются для навязывания определенных этических норм, нежели для пресечения социально опасного поведения. [2, с. 274–275]. Чарльз Хортон определяет свободу, как возможность правильного личностного развития в соответствии с заданным совестью прогрессивным идеалом жизни [13, с. 320]. При этом Г. Маркузе указывает, что никакая инстанция, кроме самого человека, не может присвоить себе право решать, какие его потребности следует развивать и удовлетворять [15, с. 24–27].

Чарльз Хортон определяет свободу, как возможность правильного личностного развития в соответствии с заданным совестью прогрессивным идеалом жизни [13, с. 320]. При этом Г. Маркузе указывает, что никакая инстанция, кроме самого человека, не может присвоить себе право решать, какие его потребности следует развивать и удовлетворять [15, с. 24–27].

Так О. А. Капцевич, определяя свободу, как субъективный, психический феномен, отводит ей ведущую роль в жизни личности. Автор отмечает, что с позиции современной психологии, содержание свободы личности познается с помощью ее индивидуальных характеристик. Следует выделить следующие характеристики свободы: осознание, ответственность, принятие свободы, бегство от свободы, внешние ограничения свободы и цель. Осознание является предпосылкой психологической свободы и позволяет человеку возложить на себя ответственность за совершаемые действия. Ответственность, являясь главной характеристикой свободы, удерживает акты свободного поведения личности от произвола. Принятие свободы заключается в мужественном осознании человеком всех альтернатив его мышления и особенно поведения, а также возможной ответственности за сделанный выбор. Бегство от свободы предполагает избегание человеком свободы выбора и ответственности за него. Внешние ограничения свободы определяют ее естественные границы. К ним относят: наследственность, физиологию, воздействие социума и смертность. И, наконец, наличие цели необходимо для обретения истинной свободы, так как без цели она носит негативный характер [10, с. 89–91]. В свою очередь В. П. Пугачев указывает, что научное понимание свободы включает в себя две ее составляющие: негативную и позитивную свободу. Негативная свобода, не способная из-за общественной вовлеченности личности быть абсолютной, позволяет жить человеку по собственному усмотрению, проявлять себя в той степени, в какой это позволяют желания, способности и ресурсы.
=====


Когда-то на Руси наряду со словом «нельзя» употреблялось слово без отрицательной приставки, читавшееся как «льзе» и являвшееся дательным падежом от «льга», что означало «свобода». Само слово «льга» до нас не дошло, но его след остался в словах «польза» и «льгота».

==============

головный кодекс РФ предусматривает дополнительные тюремные сроки для лиц, которые совершили или предприняли попытку совершить побег из мест лишения свободы. А вот в Германии сам акт побега никак не наказывается, так как ещё в 1880 году суд посчитал, что его оправдывает стремление к свободе — один из главных инстинктов человека. Правда, пойманных беглецов в большинстве случаев ждёт дополнительное наказание по смежным статьям: причинение ущерба имуществу (например, распиливание решёток), кража (так как беглец уносит на себе тюремную одежду), насилие (если в процессе побега заключённый напал на охранников) или взяточничество.

==============

Facebook запрещает размещать фотографии и видео, содержащие изображения обнажённых людей. Запрет касается гениталий, ничем не прикрытых ягодиц и изображений женской груди с выставленными напоказ сосками.

При этом из правила есть ряд исключений. Конечно, разрешается публиковать фотографии произведений искусства: статуи, картины, кадры из художественных фильмов но были приценденты когда художественые проивидение блокировалиьс на файсбуке

==================

Интересно, что в Facebook к таким угрозам могут относиться по-разному. В благополучной Швеции обещание «прибить на месте» могут не воспринять всерьез, потому что эта страна отличается удивительно низким уровнем преступности. В Венесуэле, напротив, за любой намек на угрозу вас тут же могут заблокировать, а сведения о вас могут быть переданы правоохранительным органам. Так что виртуальное «бла-бла-бла» будет иметь вполне реальные последствия.

=======================

Первоначально скульптура предназначалась для Египта

В 1867 году Бартольди обсуждал статую с правителем Египта, хедивом Исмаилом-Пашой. Скульптура должна была стоять у входа в Суэцкий канал и представлять собой фермера, держащего факел. Архитектор работал над статуей в течение двух лет, после чего предложил хедиву вариант статуи женщины в мантии с факелом, которая служила бы маяком. Позже правитель Египта отказался от услуг Бартольди, поскольку их стоимость была слишком высока

================

Принцип Байеса

В 1968 во Франции вышла книга [Tim], написанная коллективом, посвященная проблемам связанным с понятием времени. В ней, в частности, Оливье Коста де Борегар утверждал, что "в нашей физической вселенной прослеживание прошедшего, вообще говоря, невозможно. Казалось бы, прошедшее событие, зарегистрированное в документах, относится к числу установленных фактов. Однако в действительности всякое восстановление прошедшего существенно основывается на физиологической памяти; если даже речь идет о фактах, тщательно зарегистрированных в архивах, то и здесь память необходима, т.к. именно она является ключом для интерпретации документов. Память и интуиция служат путеводной нитью при знакомстве со следами прошлого, без них восстановление прошлого окажется лишенным основы...При изучении доисторического человека мы не можем в точности восстановить его облик или выяснить способы применения им своих орудий, если не будем опираться на сходство между людьми, которых разделяют тысячелетия, и пользоваться аналогией между проблемами, возникающими между нашими далекими предками, и проблемами возникающими между нашими соотечественниками" [Бор].

Коста де Борегар обратил внимание на то, что использование знания настоящего при оценке исторического события может внести уточнения, но при условии достаточно точного априорного знания об этом событии, т.е. знания, полученного до того, как привлекаются современные сведения. Другими словами, неточность априорного знания может повлиять на окончательный вывод так, что с ним трудно будет согласиться. По сути дела, Коста де Борегар использовал исследования Пуанкаре по статистической механике.

Проблема заключается в поиске ответа на следующий вопрос. Можно ли на основе некоторого количества собранных документов, фактов о прошлом, т.е. некоторого статистического материала о прошлом, делать обоснованные заключения по влиянию одного из фактором, представленном в этом материале, на интересующее нас историческое событие в том случае, когда в нашем распоряжении оказались новые документы, касающиеся данного события. Другими словами, в какой мере новые знания, новые документы позволяют "пролить свет" на причину того или иного исторического события. Казалось бы новые знания могут, как говорят, "снять вопрос и закрыть старую проблему".

===

Закон о неопределенности описания

Замечено, что при описании одного явления, имевшего место в Истории, по мере его изучения число деталей естественным образом начинает увеличивается. Это радует исследователя, поскольку картина происшедшего становится все более объемной, красочной, насыщенной самыми разнообразными деталями. Однако детали и подробности начинаю все сильнее разниться и, более того, вступать в противоречие, если исследователь начинает концентрировать внимание на очень небольшом отрезке изучаемого исторического действия. От радости, когда на смену периода отсутствия каких-либо документов о данном явлении приходит время обнаружения архивных, фактических или литературных сведений об интересующем исследователя событии, постепенно не остается никакого следа. Приходится как-то разъяснять разнобой, несогласованность, разночтения, и заведомые противоречия. При этом, как правило часть документов или фактов объявляются ошибками современников, их субъективностью в оценке наблюдавшегося, другую -- фальшивками, ну а некоторые из них просто как не заслуживающие внимания! Далеко не каждый историк при написании статьи или книги приводит или хотя бы упоминает о противоречащих излагаемому им документах или фактах. Хуже того, очень часто, даже говоря об иной точке зрения своего коллеги, воззрения собрата по науке комментируются таким образом, что у читателя должно остаться мнения о "слабой научной аргументации" или о "научной несостоятельности". Теория оппонента, в отличие от той которой придерживается автор, именуется всего лишь "гипотезой", которая встречена "справедливой критикой"